Лена Мухина с самого детства желала быть гимнасткой, а потому невероятно обрадовалась, когда в школе объявили набор в секцию её мечты. Девочка сразу же поразила тренеров своей работоспособностью и безудержным желанием добиваться практически невозможного. За это и полюбил свою воспитанницу тренер Михаил Клименко . Её называли «тихоней», говорили, что у неё не хватит спортивной злости в нужный момент, а тренер отмахивался, настаивая на удивительной работоспособности девочки и её особенности осваивать сложнейшие элементы. Буквально за два года он сумел воспитать высококлассную спортсменку, готовую уже в 16 лет ехать на Олимпиаду в Монреаль.
Однако мечтам об Играх не суждено было сбыться. Несмотря на «космическую» программу, Елену в команду не взяли. И виной тому – серьёзная травма позвоночника, полученная во время соревнований за год до Олимпиады. Спортивное руководство страны сочло Мухину слишком нестабильной гимнасткой, а в условиях жесточайшей конкуренции в команде это звучало как приговор. И ведь никто не знал, что, ещё не залечив травму, спортсменка ездила в зал тренироваться. Полдня девочка прилежно лечилась в больнице с помощью ортопедического ошейника, а после дневного обхода наставник забирал её на тренировку. К счастью, даже при столь странных методах лечения гимнастка всё же сумела оправиться от травмы и вернуться на помост.
А потом был потрясающий чемпионат мира 1978 года. Сложнейшая программа Елены полностью себя оправдала: в 18 лет она стала абсолютной чемпионкой мира, опередив и Команечи , и своих грозных соперниц по команде. Впрочем, вместе с ними Мухина также стала чемпионкой мира в командном зачёте, а в отдельных упражнениях ещё и собрала полный комплект наград. Золотая медаль, естественно, была завоёвана на любимых брусьях. В Москве её и Николая Андрианова встречали как национальных героев.
Прыжок, перечеркнувший всё
После победного чемпионата мира казалось, что путь на московскую Олимпиаду спортсменке был открыт. Но судьба преподнесла очередное испытание – осенью 1979 года гимнастка сломала ногу на показательных выступлениях. Полтора месяца Елена проходила в гипсе, но потом выяснилось, что кости разошлись, и накладывать его пришлось заново. Тренер столь длительного ожидания вытерпеть не смог и вновь заставил травмированную подопечную вернуться в зал – соскоки тренировались на одну, здоровую ногу. Так, толком не залечив травму, гимнастка приехала на предолимпийский сбор в Минске – последний сбор в жизни.
В кулуарах тогда велись разговоры о том, что Мухину могут снова не взять в олимпийскую сборную, а Елена тем временем вовсю тренировалась, предоставленная сама себе. И в недобрый час решила впервые попробовать выполнить уникальную связку, завершавшуюся приземлением головой вниз – в кувырок… Но недокрутила. Прямо на глазах присутствовавших в зале гимнастка врезалась головой в пол. Позже тренеры скажут, что причиной столь неудачной попытки стал слабый толчок сломанной недавно ногой.
Спортсменке требовалось срочное оперативное вмешательство, счёт шёл на минуты, а потеряны были часы. Врача необходимой квалификации удалось найти лишь спустя сутки, а потому итоги первой операции оказались неутешительными: мозг спортсменки слишком долго оставался в сдавленном состоянии, и тело оказалось практически полностью парализованным. Цветущая девушка, титулованная спортсменка осталась инвалидом, прикованным к креслу на всю оставшуюся жизнь, которая должна была стать недолгой: врачи, отводя глаза, говорили про год или два, а некоторые не давали и шести месяцев.
Как жить после трагедии?
Однако Елена оказалась не из тех, кто, услышав подобное, решает сдаться. Она начала борьбу за свою жизнь. Невыносимо тяжёлую, мучительную, страшную – но жизнь! Операции следовали одна за другой, но толку от них было мало. Более того, врачам каждый раз было всё сложнее выводить девушку из послеоперационной комы, поскольку её организм серьёзно ослаб. После очередной операции, которая снова не принесла практически никакого положительного эффекта, Елена твёрдо решила уйти из больницы. Однако надежды на выздоровление не оставила – начала заниматься по методикам Валентина Дикуля , разработавшего комплекс мер реабилитации при травмах позвоночника. Но через пару месяцев серьёзных нагрузок занятия пришлось прекратить, потому что из-за сильных нагрузок начали отказывать почки.
Надежды на полное восстановление пришлось оставить. И тогда Елена кардинальным образом поменяла своё отношение к жизни: перестала жалеть себя, завидовать другим, а начала ценить то, что ей доступно, старалась максимально использовать имеющиеся у неё возможности. Ежедневные физические упражнения девушка не бросала, а потому через несколько лет после травмы могла сидеть в кресле, самостоятельно держать ложку, немного писать. Последнее, кстати, пригодилось, когда спортсменка обучалась в Московском институте физкультуры. К ней приходили преподаватели, читали лекции, принимали экзамены. Так Елена сумела получить диплом о высшем образовании. Вот только читать ей было сложно – каждый раз приходилось закреплять листок с текстом на уровне глаз. Однако девушка не сдавалась! Давно ведь уже минули те два года, которые отмерили ей врачи.
Орден не заменит прежней жизни
При этом сама Мухина никогда не стремилась обратить чьё-то внимание на свою борьбу с травмой. Ей совершенно не нравились прямые или косвенные напоминания о беспомощности. Поэтому, когда в 1983 году сам президент МОК Хуан Антонио Самаранч в компании журналистов приехал в гости, чтобы вручить высшую награду олимпийского движения – Олимпийский орден, Елена была не слишком этому рада. Она спокойно и честно отвечала на вопросы, трезво оценивала своё положение и в то же время прекрасно понимала, что все визиты журналистов и фотографов – это далеко не самая искренняя поддержка и желание помочь.
26 лет гимнастка боролась за свою жизнь. День за днём, час за часом. Она, когда-то владевшая своим телом лучше миллиардов других людей, четверть века преодолевала потерю обычной возможности ходить. И преодолела. Чтобы жить вопреки.
Мухина родилась первого июня 1960 года в Москве. С детства в отличие от сверстниц, мечтавших стать фигуристами, Елена хотела быть гимнасткой.
«Однажды на уроке появилась неизвестная женщина. Представилась: Олежко Антонина Павловна, мастер спорта. И говорит: кто хочет заниматься в гимнастической секции – поднимите руку. Я чуть не закричала от радости», – вспоминала позднее сама Елена Вячеславовна.
Мухина благодаря своей небывалой работоспособности, таланту и упорству сразу проявила себя.
Успехи гимнастки не остались незамеченными, и она попала в «Динамо», к прославленному тренеру Александру Эглиту. Сам Эглит вскоре начал работать в ЦСКА и своих учениц бросать не захотел. Так 14-летняя кандидат в мастера спорта оказалась в армейском клубе. Вскоре Эглит предложил коллеге Михаилу Клименко взять свою подопечную в его группу. Клименко, который до этого тренировал только мужчин, посмотрел Мухину в деле и согласился. С этим тренером и была связана вся недолгая карьера Елены Мухиной.
За два года гимнастка сделала невероятный прорыв. К Клименко она попала в 1974 году, а уже летом 1976-го у нее был шанс поехать на Олимпиаду в Монреаль. Как напоминала недавно «Новая газета», ее тогдашнюю программу с уникальными комбинациями называли «космической». Но из-за нестабильности выступлений спортивные руководители побоялись взять ее в Канаду.
Но спортсменку такой поворот событий не смутил, и она продолжала упорно работать, преодолевая невероятную боль. В 1975 году на Спартакиаде народов СССР у Мухиной после неудачного приземления произошел отрыв остистых отростков шейных позвонков. При такой травме невозможно поворачивать голову.
Но каждый день в больницу к ней приезжал Клименко и увозил в зал, где она без ортопедического «ошейника», необходимого для реабилитации подобных травм, тренировалась целый день. На переломы ребер, сотрясения мозга, воспаления суставов, подвернутые голеностопы и выбитые пальцы Мухина даже не обращала внимания. Боясь гнева тренера, она скрывала свои травмы, тайком нюхала нашатырь и шла на очередной снаряд.
Первый звездный час Мухиной пробил на следующий год. На чемпионате СССР она становится второй в многоборье и едет на взрослое первенство Европы в Прагу, где чуть-чуть уступает в личном зачете прославленной румынской гимнастке Наде Команэчи и выигрывает три золотые медали на отдельных снарядах, покоряя судей и болельщиков высочайшей техникой.
Лучшие дня
Именно в Чехии Мухина впервые выполнила сложнейший элемент на брусьях, названный впоследствии ее именем – петля Мухиной.
Триумфальным в карьере Мухиной стал 1978 год. Она завоевывает титул сильнейшей гимнастки страны, а затем на чемпионате мира во Франции стала четвертой советской гимнасткой после Галины Шамрай, Ларисы Латыниной и Людмилы Турищевой, ставшей абсолютной чемпионкой мира.
Впереди была Олимпиада в Москве, которую гимнастка мечтала выиграть и стать олимпийской чемпионкой. Мухина была одной из основных претенденток на золото. Но, к сожалению, этой мечте не суждено было сбыться. Первый знак свыше Мухина получила, когда в 1979 году на одной из тренировок сломала ногу и хотела вообще уйти из спорта. Однако на тот момент она являлась единственной гимнасткой в ЦСКА, которая могла попасть на Олимпиаду в Москве. И Клименко уговорил гимнастку остаться и поставил ей задачу – завоевать медаль в личном первенстве.
Вторым же несчастным и прославившим спортсменку на всю страну стал случай на тренировке незадолго до Игр, когда при выполнении сложного элемента Мухина получила тяжелейшую травму позвоночника и оказалась до конца жизни прикованной к инвалидному креслу.
«К московской Олимпиаде мы по традиции готовились в Минске, – вспоминает в своей книге партнерша Мухиной по женской сборной, абсолютная чемпионка мира-79 и пятикратная олимпийская чемпионка Нелли Ким. – Самой трудолюбивой из нас была Лена. Из-за травмы она пропустила чемпионат мира-79 и теперь работала без устали, наверстывая упущенное и мечтая стать участницей Олимпийских игр.
Однажды Клименко на один день уехал по делам в Москву. И надо же такому несчастью случиться, что Мухина на тренировке сама отважилась без страховки выполнить сложнейшее сальто. Лена прыгнула, но не вышло полного вращения – и гимнастка ударилась спиной о помост. Ее увезли в больницу, тренировка для нас была скомкана, мы молчали и не могли ни о чем говорить. Вскоре подтвердилось самое худшее: у Лены поврежден шейный позвонок».
Операцию Мухиной сделали только на третьи сутки, поскольку в военном госпитале все необходимые врачи были в отпуске.
В результате спортсменка осталась парализованной на всю жизнь.
В 1980 году Елена Мухина была награждена орденом «Знак Почета», спустя два года отмечена высшим знаком олимпийского почета – Олимпийским орденом МОК. Все это время она ни на минуту не сдавалась. Через несколько лет после страшного падения Мухина смогла окончить Московский институт физкультуры. Последние годы своей одинокой жизни Мухина провела в борьбе со своим недугом.
Похороны прославленной спортсменки намечены на 27 декабря. Панихида, предположительно, пройдет в УСК ЦСКА.
Елена Мухина
маря
29.01.2007 11:03:56
Я училась в 3 классе когда с трепетом в сердце ждала выступления Е.Мухиной, и страшно гордилась, что в нашей стране есть такой ЧЕМПИОН, когда узнала о ее травме, переживала как же ей жить дальше, очень часто вдруг в голове всплывала ее боль. Мне было очень удивительно, почему никто о ней не вспоминает, что с ней? Если бы не возможности интернет врядли бы что-нибудь и узнала. Очень жаль и обидно, что взрослые люди позволяли себе использовать детей бездумно и эгоитично. Такое впечетление, что от того что произошло, всем кто к этому имел отношение, стало стыдно, поэтому опустив глаза решили обо всем лучше не вспоминать. А Елена такого не заслуживала. Надеюсь, что выводы эти люди для себя сделали и покаялись.
Профессиональные спортсмены всегда рискуют получить серьезные травмы, которые могут оставить их инвалидами на всю оставшуюся жизнь или вовсе убить. Несколько примеров подобных случаев, ломавших жизни знаменитых спортсменов, ждут вас далее. Внимание, данный пост содержит снимки, которые мы не рекомендуем смотреть слишком впечатлительным людям.
Елена Мухина. Гимнастке, лидеру сборной СССР прочили звание чемпионки московской Олимпиады, но страшная травма, полученная за несколько недель до соревнований на тренировке, кардинально изменила ее жизнь.
Тренера Елены звали Михаил Клименко. Он начал ее тренировать еще с 14 лет, хоят до этого работал только с мужчинами, и решил, что ее “фишкой” должна стать специально созданная сложнейшая программа.
Через три года Елена стала второй в многоборье на первенстве СССР и выиграла три золота на чемпионате Европы. В следующем году она победила в общем зачете чемпионата страны и завоевала три золота на мировом первенстве в Страсбурге.
Первая серьезная травма настигла ее в 1975 году во время Спартакиады народов СССР в Ленинграде. Отрыв остистых отростков шейных позвонков стал результатом неудачного приземления. Мухину поместили в больницу: спортсменка не могла поворачивать шею.
Но каждый день после врачебного обхода Клименко забирал гимнастку в зал, где снимал ортопедический ошейник, чтобы Лена тренировалась там до вечера. Уже тогда спортсменка почувствовала, как стали неметь ноги; узнала ощущение слабости, впоследствии ставшее для нее привычным.
Несмотря на это спортсменка не бросила выступления, и на показательных выступлениях осенью 1979 года в Англии сломала ногу. Провела полтора месяца в гипсе, после чего выяснилось, что кости разошлись.
Гипс наложили вновь, но тренер не стал дожидаться выздоровления и отправил Мухину тренироваться в зал на одной здоровой ноге.
Усложняя программу Мухиной в преддверии Олимпийских игр, Клименко включил в нее новый элемент в вольных упражнениях: после фляка и сложнейшего прыжка (полтора сальто с поворотом на 540 градусов) приземление должно было происходить головой вниз в кувырок.
Этот элемент назывался "сальто Томаса" и был взят из мужской гимнастики. Мухина вспоминала, что неоднократно говорила тренеру, что ей не хватает скорости и высоты, и она буквально рискует сломать себе шею. Клименко же считал, что новый элемент не несет опасности.
"Я несколько раз видела свое падение во сне, – вспоминала Мухина. – Видела, как меня выносят из зала. Понимала, что рано или поздно это действительно произойдет. Я чувствовала себя животным, которое гонят хлыстом по бесконечному коридору. Но снова и снова приходила в зал. Наверное, это судьба. А на судьбу не обижаются".
Считается, что Клименко, уезжая, запретил Мухиной самостоятельно тренировать сальто Томаса на помосте, только в поролоновую яму, однако, девушка все же решила исполнить программу полностью, включая новый элемент.
"В тот день Лена неважно себя чувствовала, но тренер настоял, чтобы она сделала прогон, показала всю программу с максимальной сложностью в вольных упражнениях, – рассказывала бывшая гимнастка Лидия Иванова. – В одном из сложных прыжков, когда Лена уже пошла в воздух и начала закручиваться, она то ли расслабилась, то ли подвел травмированный голеностоп: Мухина не докрутилась и со всего размаху ударилась о ковер."
В Минске по какой-то причине не смогли прооперировать гимнастку сразу после ее падения, хотя немедленное хирургическое вмешательство могло значительно облегчить положение Мухиной, ее транспортировали в Москву.
После первой операции последовали другие, но видимых результатов они не принесли. Гимнастка оставалась почти полностью парализованной: не могла стоять, сидеть и даже элементарно принимать пищу.
"После всех этих бесчисленных операций я решила, что если хочу жить, то из больниц мне надо бежать. Тогда же поняла, что надо кардинальным образом менять отношение к жизни. Не завидовать другим, а учиться радоваться тому, что мне доступно. Иначе можно сойти с ума. Поняла, что заповеди "не думай плохо", "не поступай плохо", "не завидуй" не просто слова," - говорила Елена.
Забыть своего тренера, который так и остался в памяти тесно связанным с кошмаром прошлого, гимнастка не смогла. Когда спортсменка узнала, что Клименко, вскоре после трагедии уехавший с семьей в Италию, вернулся в Москву, ее состояние резко ухудшилось. Встречаться с ним Мухина категорически отказалась.
Клинт Маларчук. 22 марта 1989 года вратарь "Баффало Сейбрз" как обычно стоял в воротах во время матча с "Сент-Луис Блюз", когда в него влетели столкнувшиеся секундой ранее Стив Таттл и Уве Крупп.
Таттл случайно лезвием конька повредил Маларчуку яремную вену: на лед хлынул фонтан крови, повергнув стадион в шоковое состояние.
Многих коллег Маларчука по команде рвало, а зрители начали падать в обморок. За несколько секунд хоккеист лишился почти литра крови, а затем еще столько же потерял по пути в больницу,
Физиотерапевт Джим Пиццутелли смог при остановить кровь, пережав вену и передав хоккеиста на руки врачам. Хирургам удалось спасти жизнь Клинта, наложив ему более 300 швов.
После травмы Клинт Маларчук оставил спортивную карьеру и стал детским тренером, но испытывал страшные психологические проблемы и дважды пытался совершить суицид, но удивительным образом ему удалось выжить после клинической смерти, наступившей в результате отравления, и отделаться парой шрамов после попытки застрелиться.
Рони Келлер. Инцидент произошел в 2013 году. Игрок команды-соперника Стефан Шнидер толкнул Келлера, отчего тот на огромной скорости влетел головой в борт.
Полученная травма позвоночника оказалась роковой.
Рони не только не смог вернуться к спортивной карьере, он навсегда остался парализованным. В один день его спортивное будущее и беззаботная жизнь были перечеркнуты.
Стефан Шнидер тяжело переживал свою вину и даже обращался к психологу. В честь Келлера его свитер под номером 23 все оставшиеся игры чемпионата Швейцарии висел на скамейке запасных.
Джулисса Гомес. Американская гимнастка получила страшную травму во время опорного прыжка в 1988 году: на соревнованиях в Японии она поскользнулась на трамплине и врезалась головой в опорного коня.
Джулиссу полностью парализовало, ее жизнедеятельность поддерживала реанимационная аппаратура.
Через несколько дней в госпитале, куда доставили гимнастку, случилось еще одно несчастье: из-за технической неисправности перестал работать аппарат искусственного дыхания, к которому была подключена Гомес.
Это повлекло за собой серьезные мозговые нарушения и кататоническое состояние. Семья Джулиссы заботилась о ней в течение трех лет. В 1991 году в Хьюстоне она умерла от инфекционного заболевания в 18-летнем возрасте.
Брайан Клаф. 26 декабря 1962 года защитник клуба "Бери" Крис Харкер на полном ходу плечом врезался в колено футболиста результате чего тот получил разрыв крестообразных связок – в то время страшнее травмы не было.
"Чуть ли не в первый раз в своей жизни я потерял равновесие и ударился головой об землю, - вспоминал позже случившееся Брайан. - На секунду-другую я отключился. Когда очнулся, увидел, что Харкер выпустил мяч. Инстинкт форварда дал мне команду броситься за ним. Я попытался подняться, но не смог...
Клаф все же вернулся на поле в сентябре 1964 года в матче против "Лидса" и в первой же встрече забил гол. Но хватило его только на три игры, после чего он принял решение уйти, стал тренером, но при этом страдал от алкоголизма.
Билли Коллинз-младший. 21-летний американский боксер был успешным и подающим надежды спортсменом. Бой с Луисом Ресто должен был стать для него очередным проходным поединком на пути к более сильным соперникам.
Ресто с самого начала поединка захватил инициативу в свои руки, Билли не успевал прийти в себя от сокрушительных ударов, к концу боя превратившись в сплошной кровавый отек.
Победу присудили Ресто (на фото), однако отец и по совместительству тренер Коллинза указал судьям, что перчатки соперника слишком тонкие, и потребовал повторно их проверить.
К их ужасу из передней части перчаток Ресто перед боем намеренно удалили мягкий наполнитель, а боксерские бинты были предварительно вымочены в гипсовом растворе: эффект от ударов, которые пропускал Коллинз, был сравним с ударами камней.
Луис Ресто (на фото) и его тренер пошли под суд за этот поступок и впоследствии отправились в тюрьму. Коллинз же получил серьезнейшие травмы лица, в первую очередь глаз – разрыв радужной оболочки и перелом глазницы.
Это привело к значительному ухудшению зрения, и он не смог вернуться в профессиональный бокс. Травма повлияла и на психическое состояние спортсмена – он стал выпивать. Меньше чем через год после громкого боя Коллинз погиб в автокатастрофе.
Сергей Погиба. Обладатель Кубка мира по спортивной акробатике в 1992 году во время чемпионата страны на разминке попытался выполнить второе упражнение.
Спортсмен заходил на винт-винт, но в воздухе потерял ориентацию и вместо ног приземлился на голову. “Скорая” сразу же увезла его.
Врачи поставили страшный диагноз - перелом шестого шейного позвонка. Долго восстанавливался после этого. Сергея Погибу парализовало, нижняя часть туловища у него остается без движения.
Ронни Зисмер. 15 июля 2004 года несчастье произошло с немецким гимнастом, претендовавшим на медали Олимпиады-2004: во время тренировки спортсмен упал и также повредил шейный позвонок.
В результате парализованными оказались руки и ноги гимнаста. Несчастный случай произошел при выполнении вольных упражнений, когда Ронни делал двойное сальто.
В одном из лучших медицинских центров Берлина поставили неутешительный диагноз:. по словам главного врача клиники Вальтера Шафарцика, "скорее всего Ронни никогда не сможет двигать парализованными руками и ногами".
Прогнозы врачей оправдались - Ронни Зисмер до сих пор прикован к инвалидному креслу, однако руки у него не парализованы и он борется за каждый миллиметр движения.
Елена Мухина стала знаменитой в одночасье, именно в 1978 году, когда выиграла абсолютное первенство мира. Через два года она получила тяжелейшую травму и 26 лет была прикована к постели.
Мухина родилась 1 июня 1960 года в Москве. Елена потеряла обоих родителей в возрасте пяти лет. Она воспитывалась Анной Ивановной - ее бабушкой. С детства в отличие от сверстниц, мечтавших стать фигуристами, Елена хотела быть гимнасткой.
«Однажды на уроке появилась неизвестная женщина. Представилась: Олежко Антонина Павловна, мастер спорта. И говорит: кто хочет заниматься в гимнастической секции – поднимите руку. Я чуть не закричала от радости», – вспоминала позднее сама Елена Вячеславовна.
Мухина благодаря своей небывалой работоспособности, таланту и упорству сразу проявила себя. Успехи гимнастки не остались незамеченными, и она попала в «Динамо», к прославленному тренеру Александру Эглиту. Сам Эглит вскоре начал работать в ЦСКА и своих учениц бросать не захотел. Так 14-летняя кандидат в мастера спорта оказалась в клубе ЦСКА. В 1974 году Эглит предложил коллеге Михаилу Клименко взять свою подопечную в его группу. Клименко, который до этого тренировал только мужчин, посмотрел Мухину в деле и согласился. С этим тренером и была связана вся недолгая карьера Елены Мухиной.
За два года гимнастка сделала невероятный прорыв и уже летом 1976-го у нее был шанс поехать на Олимпиаду в Монреаль. Ее тогдашнюю программу с уникальными комбинациями называли «космической». Но из-за нестабильности выступлений спортивные руководители побоялись взять ее в Канаду.
Первый раз тяжелую травму Мухина получила в 15 лет. В 1975-м во время Спартакиады народов СССР, которая у гимнастов проходила в Ленинграде, Мухина неудачно приземлилась на голову в поролоновой яме. Когда были сделаны рентгеновские снимки, выяснилось, что при падении произошел отрыв остистых отростков шейных позвонков. Лену положили в больницу, но каждый день после врачебного обхода за ней приезжал тренер и забирал в зал, где, сняв с шеи ортопедический ошейник, Мухина тренировалась до вечера. Через несколько дней она впервые почувствовала, что на тренировках стали неметь ноги и появилось ощущение какой-то странной слабости, которое уже больше не проходило.
Первый звездный час Мухиной пробил на следующий год. На чемпионате СССР она становится второй в многоборье и едет на взрослое первенство Европы в Прагу, где чуть-чуть уступает в личном зачете прославленной румынской гимнастке Наде Команэчи и выигрывает три золотые медали на отдельных снарядах, покоряя судей и болельщиков высочайшей техникой. Именно в Чехии Мухина впервые выполнила сложнейший элемент на брусьях, названный впоследствии ее именем – петля Мухиной.
В 1977-м, когда Мухина тренировалась дома перед чемпионатом мира, она ударилась боком о нижнюю жердь брусьев так, что та расщепилась. «По ощущениям я сломала себе ребра, — рассказывала позже Лена. — Но тогда, посидев десять минут на матах, в полубессознательном состоянии отработала еще и вольные, и бревно. Когда стало совсем плохо, подошла к тренеру, но он лишь процедил сквозь зубы: «Ты вечно ищешь повод ничего не делать».
В 1978-м за две недели до Всесоюзных молодежных игр Мухина на брусьях выбила большой палец руки так, что он полностью вышел из сустава. Вправила его сама — сжав зубы и закрыв глаза. Но на этом травмы не закончились: на разминке перед соревнованиями она не рассчитала разбег (в зале помыли пол и уничтожили сделанные мелом пометки), упала при приземлении с прыжка и ударилась головой. Хореограф тайком, чтобы не привлекать внимания тренеров, носила ей нашатырь, и Мухина, сойдя с очередного снаряда, зажимала ватку в ладонях.
Триумфальным в карьере Мухиной стал 1978 год. Она завоевывает титул сильнейшей гимнастки страны, а затем выигрывает чемпионат мира во Франции. Сначала — в команде, а еще через день стала абсолютной чемпионкой, обыграв в числе прочих абсолютную чемпионку Игр-76 Надю Комэнеч. Попала в финал на трех снарядах из четырех и собрала еще один полный комплект наград, завоевав серебро на брусьях и бревне и разделив золото в вольных упражнениях с двукратной олимпийской чемпионкой Монреаля Нелли Ким. Елена Мухина стала четвертой советской гимнасткой после Галины Шамрай, Ларисы Латыниной и Людмилы Турищевой, ставшей абсолютной чемпионкой мира.
Это безумное напряжение не могло пройти бесследно. Когда мы с Мухиной периодически встречались в зале, она выглядела заторможенной, часто плакала. Как-то сказала, что не успевает полностью перейти проспект перед спорткомплексом ЦСКА, пока горит зеленый свет, — не хватает сил. При этом ее произвольная программа практически на всех снарядах продолжала оставаться сложнейшей в мире.
Осенью 1979-го на показательных выступлениях в Англии Мухина сломала ногу. Полтора месяца проходила в гипсе, но когда его сняли, выяснилось, что сломанные кости разошлись. Их поставили на место, наложили гипс заново, и на следующий день (на этом настоял тренер) Мухина уже была в зале — работала на снарядах, приземляясь на соскоках на одну ногу. Через два месяца после того, как гипс был снят, она делала уже все свои комбинации.
«Клименко всегда страшно нервничал перед соревнованиями, дергал меня, — вспоминала Мухина. — Наверное, потому, что прекрасно понимал, что его собственное благополучие и карьера напрямую зависят от того, попаду я в сборную или нет. Я же относилась к тренировкам крайне ответственно. Бывали случаи, когда, чтобы согнать лишний вес, бегала по ночам, а утром шла в зал. При этом мне постоянно приходилось выслушивать, что я быдло и должна быть счастлива, что на меня обратили внимание и дали мне шанс».
На последний в своей жизни сбор в Минске в начале июля 1980 года Мухина приехала с больными от перегрузок голеностопами, коленями, и к тому же у нее началось воспаление суставной сумки кисти. Сборная СССР по гимнастике готовилась к Олимпийским играм. Тренер Мухиной — Михаил Клименко — на пару дней уехал в Москву (в кулуарах шли разговоры, что Мухину могут не включить в основной состав, и Клименко поехал «отстаивать» ученицу в верхах). Лена работала самостоятельно и на одной из тренировок решила попробовать уникальную связку. Суть ее заключалась в том, что после фляка и сложнейшего (полтора сальто с поворотом на 540 градусов) прыжка приземление должно было происходить не на ноги, как обычно, а головой вниз, в кувырок. Гимнастка неудачно толкнулась, высоты не хватило, и на глазах главного тренера женской сборной Амана Шаниязова, гостренера Лидии Ивановой и тренера команды по акробатике (больше в зале не было никого) она врезалась в пол, сломав шею. По мнению одного из тренеров, она разбилась потому, что просто недотолкнулась в разбеге той самой, травмированной, ногой.
За первые восемь лет ее оперировали несколько раз. Первая операция — на позвоночнике — была сделана лишь через сутки после травмы в Минске. Она длилась несколько часов, однако результат (во многом из-за промедления) был малоутешительный: из-за того, что головной мозг так много времени оставался в сильно сдавленном состоянии, Мухина осталась почти полностью парализованной.
Летом 1985 года Елене предложили обратиться к Валентину Дикулю. Однако в результате огромных нагрузок через пару месяцев она опять попала в больницу - отказали почки. После очередной операции в боку гимнастки образовался свищ, который не затягивался полтора года. Каждый раз врачам с колоссальным трудом удавалось выводить Мухину из послеоперационной комы — организм отказывался бороться за жизнь.
— После всех этих бесчисленных операций я решила, что если хочу жить, то из больниц мне надо бежать, — рассказывала мне Лена. — Тогда же поняла, что надо кардинальным образом менять свое отношение к жизни. Не завидовать другим, а учиться радоваться тому, что мне доступно. Иначе можно сойти с ума. Поняла, что заповеди «не думай плохо», «не поступай плохо», «не завидуй» — не просто слова. Что между ними и тем, как человек себя чувствует, есть прямая связь. Я стала чувствовать эти связи. И поняла, что, по сравнению с возможностью думать, отсутствие возможности двигаться — это такая ерунда…
Конечно, поначалу я страшно жалела себя. Особенно тогда, когда впервые после травмы вернулась домой, откуда уходила на своих ногах и где все по-прежнему предполагало присутствие человека на ногах. К тому же почти каждый, кто приходил меня проведать, спрашивал: «Ты собираешься подавать в суд?»
Все это время она ни на минуту не сдавалась. Через несколько лет после страшного падения могла сидеть в кресле, держать ложку, немного писать. К ней приходили преподаватели, читали лекции, принимали экзамены. Она сумела окончить Московский институт физкультуры.
Когда случается травма, всегда возникает вопрос: «Кто виноват?» Когда я спросила Мухину, что думает на этот счет она сама, Лена ответила уклончиво: «Я приучила Клименко к тому, что могу тренироваться и выступать с любыми травмами…»
Согласно интервью Ларисы Латыниной, Михаил Клименко был поражен ее травмой. Мухина не ожидала быть добавленной в перечень советской олимпийской команды. Существовало малое сомнение, что советская женская гимнастическая команда получит золотую медаль на Летней Олимпиаде так, как это было на предыдущих Играх. Несмотря на это, Клименко хотел, чтобы Мухина тренировалась, чтобы он стал «тренером олимпийского чемпиона». После этих событий Клименко эмигрировал в Италию.
Елена Мухина и ее тренер Михаил Клименко
Не знали тогда какой ценой давались эти тренеровки Елене. Выходя из гостиницы на тренировку она каждый раз задерживала взгляд на проезжающих мимо машинах, автоматически прикидывая: если броситься под колеса — успеет та затормозить или нет. Примерялась к карнизу за окном гостиничной комнаты и рассчитывала, как должна прыгнуть, чтобы было наверняка. Когда в том, девятилетней давности, разговоре она рассказала мне об этом, я в ужасе спросила, почему она не бросила гимнастику раньше?
«Не знаю, — последовал ответ. — Я несколько раз видела свое падение во сне. Видела, как меня выносят из зала. Понимала, что рано или поздно это действительно произойдет. Я чувствовала себя животным, которое гонят хлыстом по бесконечному коридору. Но снова и снова приходила в зал. Наверное, это судьба. А на судьбу не обижаются».
Обижалась ли она сама? Внешне — нет. Когда я узнала о смерти Мухиной от той самой подруги, которая когда-то привела меня к ней в дом, наш восьмилетней давности разговор непроизвольно всплыл в памяти, встал перед глазами. «Не нужно мне помогать, — совершенно спокойно возражала Лена на какие-то наши попытки поправить подушки, что-то пододвинуть поближе. — Я не должна позволять себе слишком привыкать к чужой помощи».
Мухина никогда не стремилась общаться с журналистами. Даже коротенький период публичного внимания, когда в 1983 году президент МОК Хуан Антонио Самаранч вручил ей высшую награду олимпийского движения — Олимпийский орден, стал для нее довольно мучительным. При всем ужасе физического состояния Мухиной удавалось сохранять в себе способность удивительно спокойно рассуждать на любые темы и называть вещи своими именами. Поэтому вся та неприкрытая показуха, коей являлась наградная суета с визитами в небольшую квартирку журналистов и фотографов, ее не радовала. Скорее — обижала.
Описать словами то ее состояние было невыносимо трудно. Елена не могла ни стоять, ни сидеть, ни держать в руке ложку, ни даже набирать телефонный номер. Чтобы иметь возможность что-то прочесть, Лена прибегала к проверенной годами уловке: просила булавкой прикрепить листок с текстом к стене на уровне глаз. Разговаривая по телефону, ложилась ухом на трубку и так могла говорить довольно долго.
Она научилась уходить в себя — в какой-то нереальный для здоровых людей мир, где прослеживала цепочки происхождений, наследственностей. Искренне верила в то, что у человека может быть несколько жизней — в разных временных пространствах. Уверяла, что видит не только прошлое, но и будущее людей, с которыми доводится общаться. С удовольствием рассказывала об этом. Это увлечение (хотя можно ли назвать увлечением то, что по-сути стало жизнью) имело разные последствия. В том числе — тяжелые для окружающих. Именно Мухина в свое время отговорила одну из своих близких подруг отдать в больницу новорожденного ребенка с тяжелейшим пороком сердца. Убедила, что малыш просто не выживет. В результате спустя несколько лет ребенка все же прооперировали, но семья распалась: отец ребенка так и не сумел простить ни Мухину, ни свою жену за то, что ребенок попал в больницу так поздно.
Как рассказала мне ее близкая подруга, Мухина заметно сдала, когда узнала, что ее бывший тренер вернулся из Италии, где работал много лет, в Москву. Встречаться с Клименко, который в ее сознании так и остался самым жутким призраком прошлой жизни, она отказалась наотрез.
Елена Мухина дает интервью американским журналистам (1991г.)
Колоссальным ударом стала для Лены и смерть бабушки весной 2005 года. Отдать ее в дом для престарелых она не захотела, несмотря на то, что 90-летняя женщина сама требовала постоянного ухода. И, уже выжив из ума и чувствуя, что умирает, постоянно кричала внучке: «Я не оставлю тебя. Пойдем со мной!».
Мухина пережила и этот кошмар. Попросила, когда Анны Ивановны не стало, лишь об одном: когда придет время, ни при каких обстоятельствах не хоронить ее рядом с бабушкой. И не проводить вскрытия. Оставить в покое. Со своим отцом она почти не общалась. Он сам — нестарый еще человек — стал появляться в доме лишь после того как узнал, что Мухиной путем невероятных усилий многих людей удалось «пробить» персональную президентскую пенсию. Вот и наведывался. За деньгами…
Двадцать шесть лет после травмы Елена Мухина продолжала свое многоборье. Она защитила кандидатскую диссертацию. Она научилась помогать себе и слышать свой организм. Когда ей не подошла система лечения знаменитого Валентина Дикуля (у нее стали отказывать почки), она сумела сама вытащить себя с того света. Она одной из первых из россиян получила Олимпийский орден за мужество. Она изучала психологию и парапсихологию и сама помогала людям, попавшим в эмоциональную яму.
Основной подвиг Елены Мухиной был не на гимнастическом помосте, а уже после него. Пролежать 26 лет без движения и не утратить желания жить, остаться человеком, дай Бог каждому такое мужество.
Елена Мухина умерла в 22 декабря 2006 года. Панихида в ее честь прошла 27 декабря. Похоронена Елена на Троекуровском кладбище в Москве.