“Мы будем с ними воевать до упора” – Борис Філатов про будівельну мафію в ексклюзивному інтерв’ю для “СтопКору”

“Мы будем с ними воевать до упора” – Борис Філатов про будівельну мафію в ексклюзивному інтерв’ю для “СтопКору”
Марганецкий очевидец

“Я не паранойю, не истерю и не нервничаю” – написав у своєму зверненні до Генерального прокурора та Міністра внутрішніх справ Борис Філатов та перерахував факти, що свідчать про незаконне стеження. У цьому ж дописі мер Дніпра висловив прохання про надання йому особистої охорони.

Загальновідомо, що за час свого перебування на посаді мера міста-мільйонника Борис Філатов нажив чимало ворогів, зокрема, й з так званої “будівельної мафії”, яка за допомогою різних кримінальних схем займається незаконною забудовою та отримує з цього надприбутки. Журналіст “СтопКору” Христина Кришиха поспілкувалась з очільником Дніпра на цю тему.

Марганецкий очевидец

(Х.К.) Пане Борисе, скажіть, будь ласка, Ви неодноразово коментували ситуацію з будинком по вулиці Плєханова. Нам цікава Ваш позиція як мера міста. Ви вважаєте, це будівництво є незаконним, і на яких підставах?

(Б.Ф.) Я бы говорил не только по этому дому, на котором я был вместе с Генеральным прокурором, и он отдавал соответствующие распоряжения, а говорил бы вообще о ситуации, которая входит, так сказать, в сферу интересов господ Каснеров и их родственников, на которых оформлены все эти недострои.

То есть, в 13 году, когда рухнула в стране власть, и в 14, когда ее не было, она не установилась, они, пользуясь такой ситуацией безвластия, позахватывали по всему городу строительные площадки, позахватывали какие-то недостроенные гаражи, детские площадки и без единого документа начали строить.

Здесь это самое вопиющее такое строительство, потому что, во-первых, оно находится рядом со школой, полтора метра от стены, потом эта газовая труба, это строительство, которое опирается на стены старого гаража – ну то есть еще и в центре города эта, как ее называют «каракатица», это уже самое вопиющее нарушение.

А по большому счету у них порядка 20 с лишним площадок, где нет ни дозволов на строительство, ни землеотводов, ни уплаченных налогов. То есть по каждой строительной площадке своя история, но я говорю за общую тенденцию. То, каким образом господа Каснеры вели свое строительство, это в цивилизованном обществе неприемлемо – с врезкой в сети и прочее.

Поэтому я, когда стал мэром – по большому счету город у нас сложный, по большому счету ситуации у нас есть разные, но мне удалось привести в чувство 99 городских застройщиков. Но с господами Каснерами у нас не будет никакого диалога, потому что даже когда им было несколько раз предложено привести документы в порядок – они этого не сделали. И, как мне кажется, они даже объективно не могут этого сделать, потому что их просто не существует. То есть они, в надежде на то, что выгонят эти коробки, а потом узаконят их через суд, даже себя не удосуживали необходимостью делать хотя бы более-менее видимость законности.

Воевать мы с ними будем, как говорится, до последнего патрона, и я надеюсь, что правоохранительные органы проявят здесь принципиальную позицию. Есть сложности, но, по крайней мере, мне они все декларируют – правоохранительные органы, что они этим вопросом занимаются, но если Вы хотите мое мнение, то нужно, наверное, более решительно с господами Каснерами разбираться, тем более, что эти люди не просто уродуют город, они еще и, кроме этого, нарушают все возможные и невозможные строительные нормы, и это опасно для жизни людей, скажем так.

Марганецкий очевидец

(Х.К.) Як працює схема Каснерів? Як вони зазвичай забудовують місто?

(Б.Ф.) Схема в общих чертах такая: захватывается строительная площадка, например, берется какое-то небольшое здание – там, гараж, ангар, полуразрушенный какой-то фундамент, и на базе него начинают по ночам быстро строить какое-то сооружение, без единого документа возводятся стены. Вот, по Плеханова, я же Вам говорил, каждый день я подходил к окну и видел, что дом подрос на пол-этажа. В надежде на то, что потом это имущество уже никуда не сдвинешь, его не снесешь и не взорвешь, в надежде на то, чтобы потом пойти и узаконить все это через суды.

Есть, конечно, разные вариации, они сами с собой судятся, подают в исполнительные органы городской власти, в местное самоуправление, в суды подделанные документы, то есть это афера от А до Я. Поэтому, знаете, даже если бы я хотел каким-то образом эту строительную войну прекратить, я даже не понимаю как, потому что это люди, которые находятся вне не только правового поля, но и вне здравого смысла и морали.

(Х.К.) Яким Ви бачите майбутнє розв’язання проблеми з будинком на вулиці Плєханова?

(Б.Ф.) Смотрите, с учетом того, что этот дом построен без единого документа, то мы, городская территориальная громада, считаем, что этот дом является собственностью коммунальной. Есть на это соответствующее решение сессии исполкома городского совета, и после того, как будут закончены все судебные тяжбы, этот дом будет просто роздан людям – в первую очередь, бюджетникам и участникам АТО. Там уже несколько инстанций в нашу пользу, они уже как бы выиграны, те продолжают с нами судиться, бегать, жаловаться…

Они крепко потратились на адвокатов на суды, крепко потратились на эту войну, потому что фактически мы им все стройки остановили.

(Х.К.) А скільки часу Ви вже боретеся з цими братами?

(Б.Ф.) Ну я думаю, года полтора мы уже воюем… два года точно – около двух лет.

Это длинная история, но я Вам скажу – я как человек, так сказать, видевший многое, бывший корпоративный адвокат – я не знаю, на что они рассчитывали и о чем они вообще думали, когда они все это делали и вкладывали. Построить, узаконить через суд, при чем рассчитываться, в том числе, с коррумпированными правоохранителями будущими квартирами 0– мы тут дом построили, тебе там три, пять квартир. Не знаю, не пойман – не вор, но такие слухи ходят по городу.

Підходить до вікна, відкриває штори

Видишь? Это же надо вообще какую степень иметь цинизма – построить такое напротив кабинета мэра. Причем оно в метре от школы. Причем оно – я так выходил и смотрю: он так раз – подросло, раз – подросло, раз-раз-раз…

(Х.К.) Скільки часу вони будували цей будинок?

(Б.Ф.) Ну он уже стоял почти готовый еще до того момента, как я был выбран. То есть они начали его гнать вот в 13 году, когда полностью не было условно толком власти, после Майдана, и 14-й, когда была война и некому было заниматься, мэра у нас не было, и они вот это строили вообще хозспособом.

(Х.К.) А якщо брати захотіли б піти з Вами на діалог, Ви б погодились?

(Б.Ф.) Нет! А Вы думаете, они не выходили? Сколько было разных бегунков и разных всяких некорректных предложений. Однозначно нет. То есть, я сказал, что мы будем с ними воевать до упора. До тех пор, пока город не победит. А смотрите, а какой может быть диалог? Как вот это (показує у вікно) можно условно узаконить? То есть, если люди просто взяли и построили? Ни разрешения на строительство, никаких разрешений на врезку в сети, нарушены все нормы – я не понимаю, как? Ну, наверное, судебные решения, как они думают, что бумага все выдержит, можно на бумаге написать любой текст и поставить печать «именем Украины». Но это уже, так сказать, в сфере ответственности судий и их морали.

Марганецкий очевидец

(Х.К.) Як ви оцінюєте свою роботу на посаді мера?

(Б.Ф.) Ну Вы же видите, везде стройки, проедьтесь по городу – метро делаем, дороги делаем, с мусором разбираемся. Много хороших изменений. Наливайки начали убирать. Планов громадье. Главное, чтобы было побольше денег, и чтобы децентрализацию не свернули.

Ексклюзивне розслідування “СтопКору”, в якому журналісти дослідили схеми будівельних аферистів братів Каснерів: